Моя почтенная Душа

Моя почтенная Душа,
На этот раз, всех пригласила:
Родных и близких, опросила
Друзей, товарищей, врагов,
Забытых мною должников,
Ростовщиков и Власти Силу.

Стоит две очереди в ряд:
Направо – те, кому я должен,
Решают, ли, возврат возможен
Моих долгов, глаза горят.

Налево – скорбь финальной сцены,
На лицах близких и родных.
Бесстыжий взгляд, былой измены,
Черной вуалью скрыт иных.

Услышал ложные тирады
О нашей дружбе и любви.
Перечисляются награды –
Плеть Власти и рубцы спины.

Духов знакомый аромат
Распространился у постели, –
Сидит любви былой Гарант –
Моя прекрасная Афелия.

Слеза скатилась по щеке,
Платок весь почернел от краски.
Дворец воздвигнут на песке
Рассыпался, в финале сказки.

Ей надоела канитель.
Со грациозностью привстала,
Взгляд опустила на постель,
По театральному сказала: –

Я. Господа, прошу всех встать,
Покинуть скорбную обитель!
На время… Так. Последний раз,
Просил меня Любви Учитель…

Оставил Право мне обмыть,
Труп, по обычаю и Вере,
Пока он не успел остыть…
Я – не жена, по крайней мере!
Пик удивленья многих глаз
Я уловил и возмущение,
Не благодарность слов и фраз,
А лишь мирское осуждение.

Прошу всех выйти в светлый зал.
Там аура стихов Маэстро!
Себя найдёте по реестру
Или поймёте по контексту,
Кого, за что он презирал.

С кем счастлив был, с кем одинок,
Как проявлял характер Твёрдость,
Гражданскую, как славил гордость
И был к себе предельно строг.

Кого Душою всей любил,
Глубины сердца открывая.
Кого строкою Правды бил,
По слогам к Чести призывая: –

Теперь, оставьте нас одних!
Лицо в лицо хочу проститься.
Де-юре – не пришлось сродниться,
Де-факто – ближе всех иных!

Все понимающе кивнули
И вышли в зал, двери прикрыв.
Как будто нас двоих вернули
В объятья прежней страсти сил.

Кричу Душе предельным матом: –
Где шляешься блудница – стервь?
Ты издеваешься над Братом?
Войди в меня астральным сватом.
Коль мой двойник, – хочу, поверь!

Ты, счастья миг совокупления
Мне подари, – Любви Венец!
Ну, поддержи её неверие
В мою кончину, изумление
Хотел бы видеть твой Истец.

Well, я вернусь! Но, чтобы знал,
Последний раз, – услышал голос.
И, не подумай, что «достал»…
Как оскорблял, – ты, вспомни, сволочь!

Я прекращаю льстить тебе
И потыкать плоти позывам.
Ах, как прекрасно налегке
Летать, куда хочу, незримо.

Сегодня третий день без сна
Объята лаской небосвода!
Скажи, – Я – Он, или – Она?
Твоя Душа какого рода?

Нашла ты время для вопросов: –
По контуру, ты – мой двойник!
По имени – Она! – Несносна!
Ведь я – твоя? – Отстань, короста, –
Ну, женского! – А, что он сник?…

Мы – глупыши! Она любила
Как Женщина! Что ей любить?
Во скорбь вошла и очень мило,
Дерзка, желанна и ревнива, –
Причина есть, чтобы поныть… 

Ты издевался надо мной
Всю жизнь, испытывая слабость,
Мою к тебе!? Well, дорогой,
Я ублажу седую старость!

Последний раз Мадам верну
Мужские прелести в объятия.
Ей, Женщине, подобно сватье!
Но, потерпи, как я войду.

O’key, my Friend! Лежу с надеждой!
Не угрожай, что жизнь прошла!
Не прослыви пред ней невеждой…
Предстанешь любящим и нежным
Но, очень жаль, что без гроша.
В противном случае ты – бренный!
Останутся стихи нетленны
И Я – нетленная Душа!

Крестное нанесла Знамение.
Из залы шум ушей достиг.
И грациозность Привидения
Плывёт ко мне, а в этот миг;

Тепло бегущее по телу
Я ощутил, сердце стучит!
Что делать мне? На эту тему
Мы не писали белый стих?!


Душа на ухо прошептала: –
Не испугай, бедняжку жаль!
С плеч опустилась на пол шаль…
Ты, где – артист, а здесь – трепало!
Не убедишь, – знать всё пропало!
И ждёт тебя – горизонталь!

Моя Любовь – у изголовья!
Снимает простынь! Запах свеч
С духами поразил мне речь…
Закрыл я веки из подлобья.

Лежал я наг, как всегда свеж.
Уста желанные горели.
Сначала робко, только лба,
Коснулась, моих губ, она, –
Дрожь пробежала вдруг по телу,
В присущей только ей манере
Дошла до грешного «лобка»…

Он встретил поцелуй поклоном.
Привстал по-светски, только нем…
Ответил ей к устам наклоном, –
Императрицы пред приемом
Губоплескает «царство сперм»!

Не прерывай её фантазий!
Она забыла, что ты мертв!
Душа шепнула: – Безобразие
Не свойственно обычной бляди,
Но, должен по-мужски быть твёрд!

Of course, my Friend! Её дыхание
Мне кружит голову. Три дня
Не пил, не ел! Иль кто-то сглазил?
Не отвлекай, не на базаре!
Время сейчас – не до тебя!

Моя «Царица», задрав платье,
С обычной лёгкостью вещей
Впорхнула птичкой на постель,
Как бы в гнездо, слегка бестактно.

И зазвучал ритмичный вопль: –
О, Боже мой, прости – причастна – Я!
Из залы услыхал: – Несчастная!
И, кто-то высморкнул в платок…

Заплакали вокруг старушки,
Бабахнули салют из пушки,
Я – понял, – полдень наступил!
Она вручила в мои руки
Бугры Венеры «на поруки»
И в «Царство сперм» поток поплыл!

Вся из себя изнемогая
Рыдала, грудь моя в слезах.
В зале шептались «понимая»,
Всхлипнув, старушки вспоминали
Меня в немыслимых ролях.

Шлейф запаха блуждал меж ног,
Сокрытый беспардонным платьем.
В бюстгальтер грудь вернула, – Ох!
Накрыла простыню, – Итог!
Не поняла, что жив, – каналья!

Ей восклицал, в былые лета: –
Ты – стервь, способная «поднять»
У мертвеца! – Источник Света –
Начало жизни на Планете! –
В ответ смеялась точно блядь…

Открыл my Angel ножкой дверь,
Глаза наполненные скорбью,
Произнесла: – Он – чист! Теперь,
Готов принять с душевной болью,
Всех вас, проститься навсегда –
«Не вынесла Душа Поэта»!
Во Власти Вечности! – Отпета!
Отдайте долг свой, господа!
Моя Жар Птица улетала
На свежий воздух, лепетала: –
Воды, глоток! – Вот, это – да!

Одна старушка у окна
Под нос тихонько бормотала.
В морщинах, правая рука
Перекрестила, ниже талии
Жар Птицу! И не упрекала,
Что сперма по ногам стекала, –
Все по Закону Бытия!

Душе кричу: – Несносна ересь
Произошла! Ну, моя, Прелесть!!! –
Спасибо, милая моя!
За годы прожитые – спелись? –
Лети, родная, куда невесть,
Хочу уйти я навсегда!

Что, Братец, паника? – Изволь!
Я не сказала еще Правду,
Всевышний передал тебе: –
В Ад поместить, «что – рыбу в воду»!
Пусть по Земле, не зная броду,
Шагает, как шагал, в невзгодах, –
Таким как он, Ад – на Земле!


Я весь в поту, в промокшем ложе.
Звучит будильника труба.
Сон – на реальности положен –
Путь мой, по жизни, многосложен!
Его я принял? – Знать – Судьба!


P.S.

Да, вспомнил, как-то, невзначай:
В плену любовного угара,
Как пил отравленный я «чай»
Прямо из жерла «самовара»…


Отсюда вывод всех вещей: –
Из «самовара» «чай» не пей…


mv «Aghia Trias» Atlantic Ocean, to Amsterdam.
21.07.98 R.V.A.

Запись опубликована в рубрике Циклы стихов. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *